Monday, May 20th

Сайт обновлен08:35:36 AM GMT

Вы находитесь: Проекты Салдат-імя твае вядома Попавшие в терновник

Попавшие в терновник

E-mail Печать

Вторая мировая война не только убивала, разрушала, уничтожала. Она калечила судьбы людей, разлучала их на долгие годы, иногда на всю жизнь. За те 75 лет, которые отделяют нас от начала войны, мы немало слышали о мужестве, о боевых подвигах защитников Отечества на полях сражений, о патриотизме народа на оккупированной врагом территории и в глубоком тылу.

 

Я же хочу поведать о событиях военных лет из ряда вон выходящих, но о которых до сих пор помнят люди, которые были в возрасте, когда возможно запомнить и осмыслить происходящее.
… Мне было четыре с половиной года, когда спокойная жизнь сотряслась внезапно 22 июня 1941 года. А в 1942-м произошло событие, имевшее эффект взорвавшейся бомбы: в соседней деревне девушка выходит замуж за начальника окружного военного комиссариата. Новость обсуждали в каждом доме, при каждой встрече. Немало было разговоров и в моей семье. Люди понимали одно: ничего хорошего не будет. Никто не сомневался в том, что немцы рано или поздно уйдут так же, как и появились. Заберет жених девушку в Германию или оставит здесь? А что ждет ее семью, когда вернется советская власть? Вопросов возникало много, ответов на них не было. Нет сомненья, что немало было смятения и в семье этой девушки Галины.

Один за другим шли послевоенные годы, разговоры вокруг этого события постепенно утихали, но в памяти все осталось.

Помнила об этом и я, несмотря на то, что по возрасту относилась к более молодому поколению. Мне приходилось беседовать со знакомыми и сверстниками Галины, и мой интерес с каждой такой встречей возрастал. За последние 10 лет я узнала много подробностей, собрала немало фактического материала, использовала воспоминания разных людей: приятелей Галины, знакомых, односельчан и просто тех, кто владел информацией в силу определенных обстоятельств. Этот документальный рассказ я построила на фактическом материале и воспоминаниях старшего поколения, современников и очевидцев. Из этических соображений полностью не называю их имена.

Вспоминает М.М.:

«Эту семью я знал очень хорошо. Люди не были бедными, но и богатыми их, пожалуй, не назовешь. Хозяева умели вести хозяйство. Их дом был добротный, хотя и старой постройки, как и у других. Галина была единственной дочерью в семье Нины и Иосифа и очень красивая».
Вспоминает В.П.:
«Да, Галина была красавица. Ее мать слыла женщиной деловитой и настойчивой, умела своего добиться. Не раз слышала о том, что в семье издавна велись какие-то имущественные споры, которые не могли разрешиться ни при польской власти, ни при «тых Саветах». Где-то в 1942 году Нина решила привлечь к этому вопросу новую власть и поспешила в Молодечненский окружной комиссариат. Одного визита оказалось мало, надо было предоставить еще какие-то бумаги. С подготовленными документами Нина послала в город свою дочь. Вот тут и подвели ее решительность и настойчивость. Когда Галина переступила порог кабинета Коха – высокопоставленного чиновника в комиссариате, произошло роковое событие, повергнувшее всю семью в колючий терновник.
Перед Кохом стояла 16-летняя девушка ослепительной красоты. В родительский дом она вернулась с женихом, которому было 50 лет. В Германии у него осталась семья».

Вспоминает Н.И.:

«Сам я мало чего помню, но в нашем доме говорили немало. Сами понимаете, событие из ряда вон выходящее. Никто не сомневался в том, что в своей женитьбе он использовал власть и угрозы, но в то же время много сделал для того, чтобы все выглядело в порядке вещей. В деревне в родительском доме была сыграна свадьба по всем белорусским обычаям. Играли музыканты, были марши, были крики «горько!». Кох всем своим видом изображал порядочного и влюбленного жениха».

Вспоминает И.К.:

«В то время я уже пела в церковном хоре. Однажды заметила, как в храме появился Кох с Галиной. Зрелище было неприятное. У этой новоиспеченной супружеской пары невеста была статная и красивая, рядом с ней жених – маленький, сутулый, кривоногий и некрасивый…».

Из беседы с Н.И.:
«Мой отец иногда подвозил Коха в конной упряжке. Он передвигался без охраны. Однажды в темное зимнее время они ехали по дороге, по обеим сторонам которой была густая посадка из елей. Вдруг раздалась команда: «Стоять! Ни с места!». «Останови!» – приказал Кох (он говорил на русском языке и неплохо понимал белорусский). Из посадки вышли трое в гражданской одежде. Это были партизаны. Приблизившись к саням, один из них потребовал документы. Немецкий начальник послушно вынул из внутреннего кармана портмоне и протянул командиру. Освещая документ фонариком, тот внимательно изучил каждую страничку. «Гинтер Кох? Я правильно понимаю?» — «Да». Еще раз просмотрев страницы аусвайса, командир обратился к своим товарищам: «Этого отпустим. Он отвечает за поставку продовольствия нашим военнопленным, которые находятся временно на свободном пункте в Полочанах.

Пусть продолжает поставлять, дальше посмотрим». И протянул документы хозяину. «Спасибо!» — пролепетал Кох по-русски, видимо, довольный тем, что отделался всего лишь испугом».
Успехи Советской Армии на фронтах приближали победу с каждым днем. Уже осенью 1943 года фронт вплотную подошел к белорусской земле, и к концу года было освобождено несколько восточных районов. Об этом знали все, потому что все этого ждали. Весной 1944 года в результате успешно проведенной операции «Багратион» началось полномасштабное освобождение Беларуси. В немецких кругах началась паника. Появилась она и в семье Галины.

Из воспоминаний И.К.:
«Весной мать Галины узнала, что Кох находится в местечке Лебедево и готовится уехать. Она бросилась туда пешком проселочными дорогами и через поля. «Верни мне дочь! – закричала женщина в панике, схватив зятя за лацканы пиджака. – Ты не посмеешь ее увезти. Верни мне дочь!». Кох равнодушно отбросил ее руки и с ехидной улыбкой сказал: «Только мертвую…».

И Нина отступила. Только теперь она до конца осознала, в какую западню попала ее дочь, а вместе с ней и вся семья. Завязался тугой узел семейной трагедии, развязать который было невозможно. Выхода не было. Кох тщательно следил за своей молодой женой и не отпускал от себя. Что было дальше – никто подробностей мне не поведал. О многом можно лишь догадываться. Известно только, что Кох сумел своевременно переправить Галину в Германию. Сам задержался по делам здесь.

На немецкой земле Галина хлебнула немало горя. Там ее никто не ждал. В тревожной обстановке, когда приближался фронт, а советские самолеты то и дело появлялись над головами паникующих немцев, каждый думал лишь о том, как бы спасти свою шкуру. Чтобы как-то выжить, нашей соотечественнице пришлось поработать и посудомойкой, и прачкой, и уборщицей. Об этом она призналась несколько лет спустя. Гинтер Кох благополучно вернулся на немецкую землю и отыскал свою молодую жену. Надо отдать должное – не оставил.

О том, как сложилась жизнь Галины в Германии, известно мало. Отчасти по той причине, что существовала та самая стена, но и потом, когда она рухнула, наша героиня не спешила делиться подробностями о своей жизни. Впрочем, ее можно понять. Новая семья Гинтера Коха поселилась в Берлине. У них появилось двое детей, имена которым дала, конечно же, мать: Петр и Георгий.

А что произошло на Родине? Нина поплатилась за судьбу дочери пятью годами лишения свободы. Отец в течение десяти лет жил у дальних родственников в соседнем районе. Будем иметь в виду, что в то время действовал закон «за давностью лет». Таким образом, он избежал суда и вернулся в свой дом. Спустя несколько лет мужчина не вынес пережитого и ушел из жизни.

В 1960-х годах (кажется, это было в период хрущевской оттепели) Галина имела возможность приехать на родину. Одна моя приятельница сказала, что видела ее в родной деревне. Она явно постарела, но по-прежнему отличалась красотой. Не упустила возможность и мать навестить свою дочь в Берлине. Это было в 1970-х. Гинтера уже не было в живых.


В начале девяностых я навестила одну свою приятельницу. Она доверчиво дала мне письма Галины из Германии. Я рассматривала фотографии. Письма очень короткие, в них нет сведений о женщине, о том, как складывалась ее семейная жизнь. В одном письме она прислала фото своего сына, которого похоронила в молодом возрасте. О причине смерти ничего не пишет, но делает короткий намек на то, что между сыном и отцом не было нормальных, теплых, родственных отношений. Может, я ошибаюсь, но мне подумалось, что Галина нередко терпела деспотизм своего мужа и, вполне возможно, искала поддержку у своих взрослых сыновей, рассказав им правду своего замужества. Как знать? Это всего лишь домыслы…

Все, с кем пришлось беседовать на протяжении десяти последних лет, говорили о нашей красавице-соотечественнице с симпатией и сочувствием, ведь каждый здравомыслящий человек понимал, что такое оказаться на чужой земле, среди чужих людей, вдали от родного дома и близких против собственной воли.

Любовь КАРПОВИЧ.

Комментировать:

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

▲ Наверх